Театральный город

Перекресток

yj:

«POP-UP театр» — театр «про сегодня»

Интервью с режиссером Дмитрием Волкостреловым

06_06_01

Сколько бы разговоров о театральном новаторстве ни звучало вокруг, в сознании зрителей «театр» по-прежнему означает «дом» — буквально «здание» с афишей, постоянным репертуаром, постоянной труппой, дающей всего несколько премьер в сезон. Но вот продюсер Виталий Ерошеня и режиссеры Семен Александровский и Дмитрий Волкострелов решили пробить брешь в воображении пока еще не искушенного петербургского зрителя. Они запустили проект под названием «Pop-up театр». Проект представляет собой череду спектаклей, концертов и кинопоказов, проходящих в небольшом кафе Beatnik в самом центре Санкт-Петербурга — на Итальянской улице.

Наш разговор с одним из основателей проекта, пожалуй, самым известным петербургским режиссером нового поколения Дмитрием Волкостреловым состоялся в начале сезона. В беседе мы коснулись многого: предыстория, планы на будущее, круг единомышленников, образ команды и даже… взгляд на современную культурную ситуацию, в которой театр все чаще завоевывает первые роли. Или нет?

— В конце лета СМИ писали о «Pop-up театре» как о новом явлении, феномене современного театрального города. А как видят этот проект его создатели?

— «Pop-up театр» — это не именно театр. Это скорее творческое объединение, в котором существует много разных инициатив: и кино, и концерты, и лекции. Ну, и сам театр, конечно, тоже.

— И как возникла идея создания такого объединения под одной крышей?

— С моей точки зрения, все началось с Виталика (продюсер Виталий Ерошеня. — Я.Ч.). У него есть желание делать театр в Петербурге по каким-то московским образцам — что-то современное и серьезное. Возможность это осуществить возникла, можно сказать, случайно. Товарищи из кафе Beatnik, друзья Виталика, предложили свое пустующее помещение, он вспомнил о своей идее…

— Получается, была идея, а к ней счастливо подтянулись обстоятельства?

— Да, да, точно. Возник проект. И сразу появился термин Pop-up. Ведь этот термин уже понятен во всем мире. Началось все с молодых дизайнеров одежды, которые хотели продаваться, а им такой возможности не давали. И они открывали свои магазины, а потом и галереи в гаражах у друзей. Такие временные пристанища, временные проекты. Так же сделали и мы.

Мы задумали, прочувствовали многосоставный проект, но все его части объединяет некий взгляд на сегодняшний день, сегодняшнюю реальность. Кино и, наверное, тем более театр — всегда «про сегодня». Спектакли, которые мы покажем в рамках проекта, созданы независимыми театрами. По-моему, в каждом таком спектакле режиссеры прямо и буквально работают с современностью. Современные пьесы, современный текст, современный театр — это важно.

— Как вы отбирали то, что войдет в афишу?

— Мы же независимые театры. И все основывалось на дружеских контактах. Во-первых, есть спектакли Семена — те, которые уже игрались в Петербурге, и те, которые появились уже в рамках проекта. Есть спектакли нашего театра post. И дальше была инициатива Виталика. Присоединились наши общие знакомые, друзья. Так в команду пришли Театр «Практика», «Театр. doc». Важно то, что мы знаем друг друга, что есть общее понимание главного и есть цель.

— Можно ли сказать, что вас объединяет потребность в эксперименте? Правильно употребить именно это слово?

— Я бы не стал употреблять слово «эксперимент». Потому что эксперимент для нас — не самоцель. Мы просто занимаемся таким театром, который нам интересен. Это наше исследование реальности, и оно, естественно, заставляет искать каждый раз новый прием, новый язык. Чтобы понять эту жизнь, нужно меняться вместе с ней. В смысле поиска — да! — каждый спектакль, естественно, эксперимент. Но лучше все-таки не делать эксперимент главным термином и главным «названием». Мы работаем не ради него. Просто мы ищем.

— Пространство небольшое, все спектакли рассчитаны на крайне маленькую аудиторию. Не обидно, что с проектом смогут познакомиться совсем немного людей?

— Нет. Камерная история — это, наоборот, хорошо. Кроме того, вот театр post, например, никуда не исчезает. Мы продолжим работать и играть свои спектакли здесь, в Петербурге, на других площадках. Мы — про сегодняшнюю жизнь и мы — часть сегодняшней жизни.

— Вам нужна такая максимальная близость со зрителем, камерное пространство — осознанный выбор?

— Лично мне как режиссеру кажется, что крайне важен прямой контакт со зрителем, прямой диалог. Когда мы не делим пространство на сцену и зал, а находимся в одной плоскости, то диалог возникает легче, быстрее. И гораздо больше шансов быть услышанными, понятыми. Да, мы не работаем «на аудиторию», мы работаем «с аудиторией», мы включаем ее в свое поле и сами пытаемся что-то про нее понять.