Парадная площадь

XXIII фестиваль «Звезды белых ночей» в Мариинском театре

(Этюды на главные темы)

Период петербургских белых ночей — самое прекрасное время для того, чтобы стать завсегдатаем Мариинского театра, если вы еще им не стали. Именно в это вырванное городом у вечности время — с 27 мая по 2 августа — проходил XXIII фестиваль «Звезды белых ночей».

В эти месяцы у многих петербуржцев появляется особенный ритуал. Неспешная прогулка по набережной Крюкова канала или Мойки, подъем на видовую площадку Второй сцены Мариинки, розовые предзакатные лучи, которыми понемногу обагряется небо от антракта к антракту, и неспешное возвращение домой — по каналу Грибоедова, или по Невскому, или же на одном из тех видов транспорта, которыми заполняется Театральная площадь после спектаклей. А чего стоит волнительная суета у входа — здесь можно провести дополнительные полчаса в поисках лишнего билетика. Как интересны всевозможные секреты и лазейки, которыми пользуются студенты и другие жаждущие во что бы то ни стало попасть в театр. Любопытны и разговоры в буфете, и обсуждения в очереди в гардероб, и даже продолжающийся обмен впечатлениями на остановках автобуса, в самом автобусе, в метро… И далее, и далее — нескончаемый поток, как бы разносящий фестиваль по всей нашей культурной столице.

Программу XXIII фестиваля невозможно охватить одному человеку (что же делать тому, кто желает о фестивале написать?!) — концерты, оперные и балетные спектакли в течение двух с небольшим месяцев одновременно проходили на трех площадках театра.

***

Организаторы посвятили XXIII фестиваль 175-летию со дня рождения Петра Ильича Чайковского, и, соответственно, центральными его событиями стали оперы, балеты и инструментальные произведения русского гения.

Из оперного репертуара композитора на фестивале можно было послушать и классического «Евгения Онегина» в режиссуре Юрия Темирканова в Мариинке-1, и новую постановку «Онегина» Алексея Степанюка в Мариинке-2, премьера которой состоялась в 2014 году (она символически закрывала фестиваль), и возобновленную в 2009 году Юрием Лаптевым (по спектаклю 1950-го Ильи Шлепянова) оперу «Мазепа», и поставленную в 2009 году Мариушем Трелинским «Иоланту».

Фестиваль включал в себя и все самые известные балеты Чайковского в классической хореографии Мариуса Петипа. «Звезды белых ночей» начались со «Спящей красавицы» (с Алиной Сомовой и Владимиром Шкляровым в ролях принцессы Авроры и принца Дезире), продолжило череду любимых балетов «Лебединое озеро» (с Анастасией Колеговой и Данилой Корсунцевым в ролях Одетты-Одиллии и принца Зигфрида), а завершением стал сказочный «Щелкунчик».

Незримое присутствие Чайковского на фестивале оказалось еще более значительным, так как именно 2015-й стал годом проведения юбилейного, XV Международного конкурса имени Чайковского — крупнейшего события в музыкальном мире. Все три тура программы сольного пения конкурса, а также гала-концерт лауреатов прошли на новой сцене Мариинского театра, причем впервые наблюдать за выступлениями участников в Москве и Петербурге можно было с помощью видеотрансляций на сайте medici. tv. В программу фестиваля вошли и выступления бывших лауреатов Конкурса имени Чайковского — пианистов Барри Дугласа и Дениса Мацуева, скрипача Леонидаса Кавакоса, виолончелиста Линна Харрелла.

***

…Опера «Левша» Родиона Щедрина, специально заказанная театром к шестидесятилетию Валерия Гергиева, и «Евгений Онегин» (обе в Мариинке-2) вкупе с «Пиковой дамой» формируют своеобразный петербургский цикл, показанный в рамках фестиваля.

Премьерой, приуроченной к началу фестиваля, стала открывшая его постановка «Пиковой дамы»: дирижер — Валерий Гергиев, режиссер — Алексей Степанюк.

«Пиковая дама» в постановке Алексея Степанюка, который работает в Мариинке с 1993 года, как нельзя лучше подходит фестивалю — она пропитана Петербургом. Действие происходит то в Летнем саду, то в особняке Графини, то во дворце сановника, то на набережной Зимней канавки. Золотые и черные колонны становятся лейтмотивом спектакля. И, как в свое время ширмы у новатора Гордона Крэга, они создают на сцене свою таинственную геометрию. Зыбкий, миражный, мистический петербургский мир возникает на грани яви и сна, будущего и настоящего, жизни и смерти.

Красота спектакля переливается символистскими и сентиментальными смыслами. Прекрасна сцена пения в комнате Лизы, где похожие на восточных принцесс возлежащие на золотом шелке диванов девушки поют романсы XVIII века (особенно тонок и нежен дуэт «Уж вечер» на стихи Жуковского), бесконечно мила пастораль «Искренность пастушки», стилизованная под театральные представления Екатерининской эпохи. Романтична баллада в исполнении Томского (Роман Бурденко) «Три карты», переносящая нас в парижский светский мир. Но у этой милой, красивой, томной жизни есть оборотная сторона. Снимающая парик старая графиня становится страшным виденьем, вдруг поднимающимся из кровати Германа. Зимняя канавка, куда под бой часов бросается Лиза, полна мрака. В игорном доме на огромном столе — сумасшедший вихрь карт и игроков… Оживают, сходят с постаментов и окружают одинокого Германа белые скульптуры в Летнем саду.

Великолепны и полны драматизма партии Германа (Микаил Векуа), Графини (Елены Витман), Лизы (Татьяны Павловской).

Ритмы постановки в режиссуре Степанюка превращают более чем четырехчасовой спектакль в особенное действо, странно соразмерное петербургским белым ночам. Классика оказывается сопряжена с романтической чувственностью и роковым демонизмом.

Две другие постановки этого режиссера в Мариинском театре — опера «Левша» Родиона Щедрина, специально заказанная театром к шестидесятилетию Валерия Гергиева, и «Евгений Онегин» (обе в Мариинке-2) вкупе с «Пиковой дамой» формируют своеобразный петербургский цикл, показанный в рамках фестиваля. (Все три спектакля — творческий союз режиссера с художником-постановщиком Александром Орловым и художником по костюмам Ириной Чередниковой.)

Двухактная опера «Левша» — последнее на сегодняшний день произведение Щедрина, созданное специально для Мариинского театра и появившееся на его сцене в 2013 году. В ней главное — русский дух с его гениальными взлетами и одновременно неустроенностью, непрактичностью, ненужностью. Александру Орлову удалось воссоздать на сцене несколько миров-пространств: Лондон, как и полагается образу Англии, напичкан красными будками и гвардейцами; тульская избушка — то ли ледяная, то ли лубяная, с маленькими оконцами и трубой, кажется, сейчас взовьется и полетит. Как будто Гулливеровы ноги императора — в Петербурге, огромный, спускающийся сверху «мелкоскоп», чтобы блоху рассмотреть, — в Лондоне.

Левша (Андрей Попов) — хрупкий, тоненький, своеобычно сложенный, отрекающийся от заморских леди и богатств, выброшенный морем в руки таможни и полностью обкраденный — именно в опере становится мессией и жертвой. Его огромный красный шарф, подаренный англичанами, — знак пролитой крови. И таможенники вчетвером поднимают его так, словно распинают на кресте. Все тише и тише, но с каждой нотой все пронзительнее поет хор в белых одеждах. И склоняется над своим мастером сама блоха (Кристина Алиева — миниатюрная певица с кристальным сопрано). До этого она чудно выпевала то «аглицкий», то русский алфавит и делала «выверты» ножкой, одетой после «перековки» в валенок. Но вот, словно крошечный ангел-хранитель, благословляет творца в последний путь, придавая его мытарствам иной — самый высокий смысл.

«Евгений Онегин» (2014 год) выстроен так же эффектно и грациозно. Живописность групповых сцен и минимализм «Дуэли», «Признан