Театральный город

Проспект премьер

yj:

Одиночество по-испански

Спектакль «Взгляд бога любви» по «Сказке» Владимира Набокова

Театр «Трибуэнье» (Мадрид, Испания)
Молодежный театр на Фонтанке
Режиссер — Ирина Куберская

13_22_01

Что бы кто ни говорил, а одиночества люди боятся больше всего на свете. Ведь все вокруг теряет смысл, когда не с кем поделиться и некому рассказать — ну хотя бы о том же «вокруг». Стоит только показаться надежде избежать одинокого существования, как человек хватается за нее, точно утопающий за соломинку. Увы! Соломинка не спасает. Надежда пугается, исчезает, испаряется, оставляя человека снова один на один с самим собой.

Именно такую трогательную историю рассказал мадридский театр «Трибуэнье» на сцене Молодежного театра на Фонтанке. «Сказку» Владимира Набокова предложила испанским актерам наша соотечественница режиссер Ирина Куберская. И спектакль «Взгляд бога любви» — это испанский колорит и русская открытая нараспашку душа.

13_22_02

Сцена окутана черной тканью и погружена в темноту, пара «тусклых» прожекторов освещает несколько предметов мебели — кресло, тумбочку, табурет. В этот свет попадает и актер Иван Ориола, которому предстоит рассказывать о жизни, снах и мечтах некоего Эрвина — маленького кудрявого человека, живущего в своем мирке, отгороженном от всех.

Притча об одиночестве в жанре моноспектакля позволяет актеру «играть» весь мир — множество персонажей возникают штрихами (пара шагов «от бедра» и игривый взгляд — высокая блондинка, взъерошенные волосы и суетливая походка — совсем юная девчонка). А полупустое пространство сцены заполнено пластикой: герой перебирает руками воздух, вспоминая «лестницу» Марселя Марсо, вытягивается стрункой на табурете, точно под ним кровать, изображает машину, лишь взяв в руки два фонаря, принесенные вторым актером — Хосе Мануэлем Рамосом, который исполняет роль служителя сцены. В этой стремительной смене характеров — тонкость беглого наброска и удивительная актерская включенность в каждого персонажа, требующая истинной испанской страсти.

13_22_03

Однако, как только второстепенные герои уступают место главному действующему лицу, вся суета и комедийность уходят, точно по щелчку, оставляя в звенящей тишине одинокого Эрвина. Пожалуй, возникает даже какой-то гоголевско-достоевский замес в этом грустном и страшном мире — мире мыслей и чувств маленького обиженного человека.

Внешне он зажат, задавлен, физически мал. Но внутри, в противовес внешней робости, борются самые противоречивые страсти: мечта о светлой сказке и похоть, желание любить и жажда обладать. Он скромен и ненасытен, он нежен и груб. Ему требуется всего лишь шанс, чтобы поверить в себя, в удачу, в победу.

13_22_04

И такой шанс появляется. То ли герою снится сон, то ли и правда сказка становится былью, но некая госпожа Отт заключает с ним договор, что приведет к нему вечером всех девушек, в которых он успеет влюбиться за день. Одно условие: их число должно быть нечетным. Эрвин окрылился, расправил плечи, поднял глаза. Перед ним сновали девушки, а он только успевал считать. В нем проснулась ненасытность. Он желал все больше и больше, его фантазии становились все смелее и — увы — все прозаичнее, все гаже. И всю эту эволюцию — от жалкого юноши до «властелина» — испанский актер прорисовывает, меняя походку, жестикуляцию, мимику своего Эрвина.

13_22_05

Конечно, в финале Эрвин не получает ничего. Почувствовав власть над судьбой, он не сумел остановиться на нечетном числе избранниц, и волшебство не случилось. Эрвин снова один. У него нет больше тихой заоблачной надежды. Его удел — разрушенная, уничтоженная мечта. Нет экспансивных жестов. Нет потока слов. Есть статика и тишина. Трагическое приходит «по умолчанию», не может не прийти.

Автор: Яна Чичина
Фото из архива театра