Проспект премьер

Скупо и неистово

Интервью с режиссером Олегом Степановым

Беседовала Анна Константинова

Сегодня режиссер Олег Степанов работает в Камчатском театре драмы и комедии. Осваивая новую для себя географию и труппу, собирается приступать к постановке «Калеки с острова Инишмаан» Мак Донаха. Тем временем спектакль «Женщина в песках», который он поставил в Прокопьевском театре драмы (по собственной инсценировке романа Кобо Абэ) получил ряд призов на фестивалях и вошел в лонг-лист «Золотой маски».

Санкт-Петербург спектакли Олега Степанова потрясали дважды: «Сиротливый Запад» стал лучшим спектаклем «Арт-Окраины-2014», «Холостяки и холостячки» получили гран-при фестиваля «Рождественский парад — 2017». Оба — в исполнении артистов Сарапульского драматического театра, которому режиссер посвятил шесть лет активной работы. В этом году на «Параде» очень надеялись снова увидеть театр из Сарапула… Но увы. По ряду не слишком объективных причин Олегу Степанову пришлось оставить должность главного режиссера и начинать с нуля за тысячи верст от Прикамья, труппа осиротела, а из репертуара оперативно «зачищаются» поставленные «неудобным» москвичом спектакли…

Но тем не менее, сарапульская история, о которой удалось поговорить этой весной (еще лелея надежды на благополучное разрешение конфликта и встречу с театром в декабре), сегодня кажется особенно актуальной и поучительной. Ведь у маленьких театров в маленьких городах много общего (хотя они счастливы и несчастливы каждый по-своему).

Олег, сколько лет прошло с твоего приезда в Сарапул?

6 лет

И было желание именно построить свой театр? Ведь очевидно, что здесь у тебя есть своя программа…

Безусловно. Я сюда ехал именно с этим желанием. Понимал, что именно в маленьком городе есть такая возможность.

У меня ведь была довольно сложная эпопея пристройства себя в жизни… В ГИТИСе учился целых три раза у разных мастеров — уходил, возвращался, и так 10 лет. В итоге закончил курс у Гаркалина и пошел осваивать просторы русского драматического театра. Это сейчас «молодым везде у нас дорога», очень много проектов, а тогда, в 2006-м, я не знал, куда и приткнуться. У меня даже мысль была уехать для этого в родной город Кунгур (Пермский край) — и там начать что-то с нуля. А сначала я с трудом выпустил дипломный спектакль «Папа, папа, бедный папа, ты не вылезешь из шкапа, ты повешен нашей мамой между платьем и пижамой» (пьеса Артура Копита) — причем, я сам нашел деньги на свой проект. Пригласил множество друзе, и мы все смотрели мой дипломный спектакль на малой сцене Театра им. Гоголя. А из ГИТИСа никто даже не пришел: «запишите на видео и принесите, мы посмотрим». Да и ладно.

Первое, что мне удалось «пробить», это перенос того же дипломного спектакля на сцену одного небольшого провинциального театра. Очень мощная закалка была для меня: тогда мне казалось, что руководители специально приглашают молодых-зеленых, которым можно быстро шею свернуть, чтобы они не задерживались. Либо очень потрепанных жизнью, которые тоже ненадолго. Но для меня было делом принципа выпустить свой первый спектакль на профессиональной сцене. Я приехал, провел первые репетиции, и вернулся в Москву. Вдруг из театра мне сообщают: «у нас другие планы появились, давайте вы вернетесь как-нибудь через полгодика». Я отвечаю: «нет, мне необходимо доделать, иначе потеряю веру в себя, и потом никогда ничего у меня не получится». Они сказали «нет». А я сказал «да». Взял, и на свои деньги приехал. Передо мной закрыли все цеха. Но была группа поддержки из актеров, которые устроили «бунт на корабле». И мы собственноручно сделали все декорации, прямо в фойе делали — а директор и главный режиссер только ходили и перешагивали… Короче, мы выпустили спектакль — и это была такая энергия! Где-то год его играли — на аншлагах. Потом «Папу» списали.

И пошла у меня волна детских спектаклей: ТЮЗы, ТЮЗы, ТЮЗы, а хотелось уже чего-то серьезного. И в Сарапульском театре я сначала тоже поставил сказку. Прошло несколько лет, они мне позвонили и сказали: «Главного режиссера ищем». Я согласился и приехал. Мы сразу же сделали «Сиротливый запад» МакДонаха. Потому что я с этой пьесой носился, а здесь прямо все для нее было, как будто актеры только сидели и ждали…

Сцена из спектакля «Сиротливый Запад»

Мне повезло увидеть этот спектакль на «родной» площадке. Потом вы произвели фурор на «АртОкраине»… А еще куда-то с «Западом» выбирались?

Конечно, съездили на фестиваль малых городов России. Причем, на нас смотрели так: «Надо же, не было театра — и вдруг появился!». В принципе, для новичков диплом «Лучший дуэт» — это уже было серьезно. Здесь-то, в Удмуртии, нас поначалу задвинули…

Я слышала, что был какой-то скандальный интерес местной администрации к этой постановке? Хотя в том же сезоне Ижевский драматический выпустил «Человека-подушку»…

Да скандалец был какой-то совсем мелкий, уже и не помню. Но спектакль «поднял волну», все в театре вдруг в себя поверили. И понеслось! Я закрепился, и дал себе слово, конкретно здесь что-то изменить (а изменить нужно было репертуар, поменять его почти полностью, чтобы ни за один спектакль не было бы стыдно). Поставил себе такое табу — никуда не выезжал.

Сколько?

Года четыре.

Но ведь главным не в каждый театр поедешь. Были какие-то представления о том месте и коллективе, с которым можно реализовать свои замыслы?

Когда я сюда ехал, иллюзий никаких не было и понимания, как выкручиваться — тоже. Была простая задача: поставить парочку «взрослых» спектаклей, побороться со своей уже сложившейся репутацией «детского режиссера». Эту «наклейку» попробуй, оторви!

Артисты здесь просто замечательные. Они уникальные, они самобытные, они своеобразные. Таких пойди еще найди — и не найдешь.

Да, хотя труппа не классического состава… Как бы охарактеризовать ее?

Они все — носители оригинальных характеров, типажей. Но когда мы берем игровой материал, актерский материал, он всегда на труппу раскладывается. Наверное, можем брать хоть Островского, хоть Шекспира, хоть Чехова… Иногда я жалею, что у нас тут нет парочки эталонных героя и героини.

Пока что вы без эталонных великолепно обходитесь! Причем невозможно не заметить: у этой «неформатной» труппы маленького театра из маленького городка есть совершенно оригинальная интонация — у вас никто не «шакалит», не переходит за грань пошлости, не педалирует навязчиво какие-нибудь маргинальные черты (даже в самом рискованном материале), не дает лобовых подсказок зрителю. Просится даже упоминание о «петербургском» чув